«В правой руке государя (когда он был облачен в царский сан) был жезл, богато украшенный золотом и каменьями. Бархатные или сафьянные башмаки государя были также богато унизаны жемчугом»⁴'.

Свита царя одевалась тоже богато и в одежды, соответствующие одежде государя. «Для этого из дворца отдавался приказ, в каком именно платье быть на выходе. Если ж боярин был недостаточен и не имел богатой одежды, то на время выхода такую одежду выдавали ему из царской казны.

Впоследствии при царе Федоре Алексеевиче издан был даже особый указ, 1680 года декабря 19, которым назначено было именно в какие господские и владычни праздники и в каком платье быть во время царских выходов».

«Общим для всех выходных платьев назначена было ферезея, как мы уже говорили, верхнее платье, род опашня. По богатству материй ферезеи разделены были на три разряда: золотые, из золотых материй, бархатные и объяринные, из шелковых материй моаре»".

Из описания царского выхода в день Богоявления Забелиным видно также, как бывала одета свита царя в подобных случаях.

Шествие открывали стрельцы, одетые в цветные платья, одни с золочеными пищалями и винтовками, ложи коих украшены были перламутровыми раковинами, другие с золочеными копьями и третьи с золочеными алебардами, древки которых были обтянуты желтым атласом с золотыми галунами и шелковыми кистями. Перед государем шли дьяки и чиновники в бархатных кафтанах, за ними дворяне, стольники в золотых кафтанах, затем ближние люди, думные дьяки и окольничьи в богатых шубах и, наконец, государь. Царский наряд был очень тяжел, и поэтому государя поддерживали под руки двое стольников. Возле него шли бояре и думные дворяне в шубах и гор-латаых шапках. Царское шествие охраняли стрелецкие полковники в бархатных и объяринных ферезях и в турских (турецких) кафтанах.

Телохранителями царя были рынды. Итальянец Барберини, видевший выход Грозного в 1565 году, описывает их таю

«Шел он (т. е. царь) посреди четырех молодых людей, имевших от роду лет по тридцати, но сильных и рослых: это были сыновья знатнейших бояр; двое из них шли впереди него, а двое других позади, но в некотором отдалении и на ровном расстоянии от него. Они одеты были все четверо одинаково: на головах у них были высокие шапки из белого бархата с жемчугом и серебром, подбитые и опушенные вокруг большим рысьим мехом, Одеада на них бьша из серебряной ткани с большими серебряными пуговицами - до самых ног; подбита она была горностаями; на ногах сапоги белые с подковами; каждый на плече нес красивый большой топор, блестевший серебром и золотом»*.

Одежда приставов, по описаниям Олеария, состояла из красного дамастового или золотого кафтана и из «высокой собольей шапки». Последний кафтан, вероятно, был более нарядным.

Когда Олеарий приехал в Россию во второй раз, то пристав, встретивший на границе голынтинское посольство, был в зеленом шелковом кафтане, обвешанном золотыми цепями, и в длинной одежде, подбитой куньим мехом.

Цэаур по покойникам носили на Руси и в то время.

По словам Котошихина¹", в случае смерти царя и кого-нибудь из царского семейства, по придвор- I ным правилам, полагались черные одежды: «бояре и думные и ближние люди нарядятся в черное платье, поедут на царский двор и у царского тела прощаются».

«Ходит царь по царице своей и по царевичам и по царевнам, и царица и царевичи и царевны по царе, и един по другом, как царевичи по царевнах, так и царевны по царевичах, в печальном платье шесть недель, а болыпи того не бывает; так же и бояре и думные и ближние люди и их жены, и всякого чину служилые люди... кроме мелких людей».

Парадная одежда царицы почти ничем не отличалась от одеяеды царя. Она бьша только не так богато отделана; вышивка на ней шла только по подолу и с боков. Корону царица возлагала на покрывало, которое обрамляло лицо и достигало воротника.

Военная одежда русских этого периода тоже была заимствована у татар. Под влиянием времени и событий изменялись ее детали, но характер оставался монгольским. У русских воинов в продолжение этого времени были кожаные, подбитые и простеганные панцири, спускавшиеся ниже талии, с металлическими бляхами; круглые шлемы-шишаки с острием наверху, с наушниками, затыльниками и подвижными, поднимающимися и опускающимися наносниками или без них; круглые остроконечные шлемы, шлемы в виде воронки, посаженные на низкий плоский цилиндр вроде тульи, и т. п. Вместо указанных панцирей поверх боевой рубашки воины носили также кольчуги, спускавшиеся на бедра, с рукавами до локтей, с бляхами на груди и на спине; эти кольчуги опоясывались металлическими кушаками; иногда поверх кольчуги надевалось еще нечто вроде панциря из крупных металлических пластин, укрепленных гвоздями на коже.

Конные ратники носили тегилеи, или куяки, -длинные, до ступней, простеганные, подбитые кафтаны с воротниками - козырями. Изображение таких воинов мы видим на гравюре, приложенной к книге Шрберштейна, Они изображены там в шапках с околом, но носили и шлемы.

В XVI веке появился шлем-ерихонка, имевший вид конуса, с маленьким козырьком, с наносником, свободно висящими наушниками и с затыльником.

Оружием служили русским воинам кистени, топоры, кривые сабли и кинжалы, прямые тесаки-мечи, секиры разных форм, луки со стрелами и колчанами, самострелы (арбалеты), заимствованные у западных народов, и т. п. Огнестрельное оружие появилось у нас только во второй половине XVI века.

В царствование Петра I военная одежда монгольского типа уступила место западноевропейскому военному костюму. То же произошло и со светской одеждой. Староверы и люди, жившие в отдаленных от Петербурга местах, еще некоторое время продолжали одеваться по старинке, но вследствие преследований и им пришлось переодеться на западный лад.

Дольше всего сохранилась старинная одежда среди простого народа, но иноземные влияния проникли и в его среду и образовали тот странный наряд, который носят теперь под названием русского; немецкая фуражка, косоворотка навыпуск, французский жилет, шаровары и высокие сапоги, ведущие свое происхождение от сапог немецких солдат.