ЛИНИЯ И СИЛУЭТ КОСТЮМА

Формы вещей — мебели, утвари и т. п. — со дня своего появления с завидным постоянством служили своему назначению, тогда как внешний вид их претерпевал изменения, подчиняясь велениям стиля и моды.

Костюм представляет еще более гибкую форму для преобразования. Под влиянием моды смещаются его пропорциональные членения, преображаются силуэт, масштаб и объем. Искусство и мастерство технического исполнения, понимание значения конструктивных линий, чувство пропорций и линий силуэта (рис. 4) есть необходимые условия, соблюдение которых гарантирует достоверность и художественность сценических преобразований костюма.

Линия талии у кафтанов первой половины XVII века проходит по диафрагме и даже несколько выше. Линия плеча естественная, а рукава широкие, и не просто широкие, а с расширением чуть выше локтя. А в кафтане последней четверти этого же века фиксируется линия талии ниже ее естественного положения — на выступе бедра. И соответственно фиксируется изменение пропорций всего костюма — плечи уже, полы длиннее. Пропорциональное изменение в границах стилевой неизменной формы определяет смену моды.

ГАРАНТИЯ ПРАВИЛЬНОЙ ФОРМЫ — ЗНАНИЕ КРОЯ

Следует помнить, что никакое мастерство портного не в состоянии обеспечить правильную и точную форму, если дефектен крой и не соответствует ткань. Подлинные кафтаны и камзолы настолько своеобразны в крое, что, надетые на человека, мгновенно меняют его облик и очертания. Узкие плечи кафтана, плечевой шов, отодвинутый на спину, и боковые швы, скроенные не прямой, а двойной овалообразной линией, создают иллюзию круглой и ровной, как столбик, фигуры с плавным изгибом длинной спины и «турнюром» на бедрах.

В спектакле Московского театра сатиры «Свадьба Фигаро» Бомарше художником-постановщиком В. Левенталем и модельером В. Зайцевым были созданы изысканные костюмы-украшения. Они в буквальном смысле явились частью декорации, сливаясь с ней, двигаясь с актером как ожившая часть общей ее структуры. «Серебряная шкатулка» декорации только выиграла от легкой изысканности однородной природы серебра в мужских костюмах. И если бы декоративные их достоинства соответствовали техническому исполнению! Но как это ни прискорбно, мужские одежды, начиная с кафтанов допетровского времени и кончая партикулярными сюртуками чеховских героев, кроятся по стандартным «сновкам» современных пиджаков. Этим же грешил кафтан Фигаро. Так нередко колеты времен Шекспира исполняются по выкройке... современного кителя и, конечно, выглядят далеко не лучшим образом, несмотря на все украшения, старательным образом к ним прилаженные.

Во фраках гоголевского времени — высокие воротники и рукава на сборках (окорочком), а у фраков начала XIX века — маленькие воротники, узенькие плечи и узкий, низко вшитый рукав. На словах разница небольшая, а на деле абсолютно разные формы, силуэты, разный облик. У сюртуков и курток конца XIX века плечевой шов далеко заходит на спину, что создает покатость плеч и округлую мягкость спины,— черта, свойственная мужским костюмам этого времени (единственная, отличающая их от современных). Но как много это значит! Представьте себе чеховский спектакль, где мужчины ходят одетыми в пиджаки современного покроя! Невероятно, но бывает.